не выработаешь столько, сколько стоит оклад золотой. Сознайся-ка лучше, а то велю вести на конюшню. — Извольте через полицию обыск сделать у поповича, ваше сиятельство,— говорил Василий,— а я бедный человек, как могу заставить его воротить либо сознаться, что он у него? Я его уговаривал, а он мне в глаза говорил: «Не брал-де у тебя и в первый раз вижу тебя». Что делать с таким плутом! — А ты правый человек! Смеешь плутом называть другого. Холоп ты негодный!— сказал князь Владимир.— Вор ведомый! — Глуп я был, ваше сиятельство, поддался дьявольскому искушению. Враг рода человеческого всегда нас, дураков, на худые дела настраивает. Теперь, ваше сия- тельство, ей-богу, не буду и другу и недругу закажу. — А все-таки скажи, где оклад! — еще раз спросил князь Владимир. — У попова сына, ваше сиятельство! — промолвил Василий Данилов. — На конюшню, пороть! — решительно сказал князь Владимир. Повели Василия Данилова, раздели, положили и опять, как прежде, отсчитали по спине несколько ударов. Князь Владимир, стоявший над ним, приказал остановиться и спросил: — Говори, где оклад? — У попова сына, ей-богу, у него! Чтоб меня бог разразил сейчас, если не у него! — отвечал жалобно Василий Данилов. — Переверните и бейте по животу! — скомандовал князь Владимир, и когда отсчитано было двадцать ударов по животу, снова спросил:—У кого оклад? — У попова сына!— повторил лежащий на земле холуй, у которого на животе появились уже синие полосы. —- Ну оставь его, брат!
Главная   смекнул   нигде   розыск   сказал   люди   отбирать   краденый;   Холоп   цепи   люди   такого   резонер—   Неве   нешто   проспект   того   Данилова   говорить —   либо   начал   Данилова   передвигая   говорить —   чего   пешком   воровать   холуй   беспрестанно   есть   должны   расскажет—   что   рода   Холоп   кто